Экономическое учение Карла Менгера

Экономическое учение Карла Менгера

Однако внешняя схожесть менгеровской терминологии с клас сической , склонность к рассмотрению причинной связи и законов направили научные поиски К.Менгера совершенно не по проторенному пути, что видно из проблематики уже самой пер вой главы Оснований политической экономии , где речь идет о делении экономических благ на порядки и обосновывается принцип комплементарности (дополняемости) производительных благ. Кроме того, по Менгеру, непосредственное удовлетворение по требностей человека обеспечивает распоряжение благом первого по рядка, а обладание благами второго, третьего и более отдаленного порядков требует, чтобы их опосредованным образом можно было бы применить к удовлетворению наших потребностей . Наконец, с точки зрения методологии небезынтересен взгляд К.Менгера на то, что является критерием экономического харак тера благ . Этим критерием, пишет он , не может быть затрачен ный на благо труд , так как его нужно искать исключительно в отношении между надобностью в благах и количеством благ, до ступным распоряжению . В данной работе я бы хотела подробней описать и дать общую характеристику экономического учения Карла Менгера. 1. Общая характеристика маржинализма 1.1. История возникновения теории маржинализма Возникновение теории, берущей за основу ценности не затраты труда, а полезность, трактуется как маржиналистская революция . Маржинализм в качестве самостоятельного течения экономической мысли оформился во 2-й половине ХIХ в., что было вызвано объективными факторами. Конец XIXв. стал временем бурного экономического развития стран Западной Европы и США, что явилось следствием завершившегося промышленного переворота.

Наиболее развитые державы вошли в период промышленного капитализма и свободной конкуренции.

Мощное развитие рыночных отношений как внутри стран, так и между ними, обусловленное углублением процесса разделения труда, обострило внимание современников к ценообразованию, роли денег, законам поведения субъектов рынка и т.п. Эти проблемы и явились основным объектом исследования маржиналистов.

Быстрое экономическое развитие сопровождалось кризисами, усилением социальной напряженности, доходившей до крайних форм. Это явилось питательной средой для достаточно широкого распространения марксистской теории, которая обосновывала неизбежность гибели тогдашнего экономического порядка.

Наблюдался определенный кризис классической школы; известную популярность приобретает историческая школа в Германии, что ставило под сомнение методы классиков политической экономии.

Поэтому не менее существенной причиной возникновения маржинализма можно считать стремление ученых экономистов найти выход из кризиса экономической теории, их стремление открыть определенные новые перспективы современному им экономическому порядку[3]. Школа маржинализма сформировалась на основе критики исторической школы, абсолютизировавшей эмпирический метод в изучении экономических явлений.

Маржиналисты, напротив, доказывали необходимость общих закономерностей экономической жизни, первостепенность абстрактно логического метода научного анализа, вне зависимости от национальной специфики. Эта принципиальная позиция методологии дает основание утверждать о родстве маржинализма с рикардианством. В связи с этим маржиналистов (особенно представителей кембриджской школы) называют еще и неоклассиками . В то же время маржинализм противопоставил рикардианской трудовой теории стоимости теорию полезности, где величина меновой стоимости выводится не из необходимых трудовых затрат, а из интенсивности потребления.

Существовавшая ранее теория полезности (Э.Кондильяк и Ф.Галиани), была усовершенствована маржиналистами на основе применения метода предельного анализа, который и дал название новой экономической школе. Этот метод применялся впоследствии при построении других концепций маржинализма: теории общего равновесия, распределения, издержек производства и др.

Маржинализм в значительной мере был направлен и против теории К.Маркса, базирующейся на трудовой теории стоимости классической школы. При этом маржиналистской школе характерен, по существу, отход от идеологизации экономического анализа, попытка ограничиться объектом чистой прибыли , без примеси социальных или конкретно экономических дисциплин, связанных с идеологией.

Маржиналисты отказались даже от самого термина политическая экономия , введенного в научное употребление в 1615г. А.Монкретьеном, предпочитая нейтральное понятие экономика . 1. 2. Концепция маржинализма Деидеологизация экономического анализа маржиналистской школы, в целом, оставалась декларативной, если судить по конечным выводам теоретических построений.

Прежде чем рассматривать подробно основные концепции маржинализма, сделаем несколько замечаний относительно общих методологических установок, характерных для этого направления.

Логика методологических установок маржиналистов вела к выделению основной проблемы, максимально удаленной от идеологии предмета исследования, которая не связана с классовыми интересами. Таким предметом была объявлена вечная проблема рационального распределения ограниченных ресурсов.

Именно поэтому в методологии школы важное место занял принцип редкости. В основу теорий закладывалось предположение об ограниченной, фиксированной величине предложения того или иного блага, товара.

Поскольку проблема рационального распределения ресурсов, по существу, выражает отношение человека к вещи, а не общественно экономические отношения, которые лишь проявляются через отношения вещей или человека к вещи, согласно К.Марксу, то изучение внутренней структуры капиталистического общества выходит за пределы объекта исследования. И так как проблема рационального распределения ограниченных ресурсов представляет собой отношение человека не просто к вещи, а к готовому продукту или дару природы, то общественные отношения и уровень производства предполагаются изначально заданными, статичными. Вот почему маржиналисты настаивают на верховенстве обмена (потребления) над производством, тем самым легко устраняя вопрос, откуда берутся обмениваемые блага. В соответствии с этой логикой владельцы благ (товаров), в том числе и факторов производства (или субъекты производства), не имеют классового, антагонистического деления; они выступают как равноправные субъекты обмена, т.е. продавцы и покупатели, производители и потребители. Если классики политической экономии увязывали логику экономического поведения субъектов хозяйственной деятельности с их классовой принадлежностью, то маржиналисты возводят в абсолют субъективно психологический принцип оценки поведения. При подобном подходе оказывается, что экономические субъекты однородны, нейтральны к благу с точки зрения общественного положения, и единичный (первичный) хозяйствующий субъект действует исключительно в собственных интересах. Иными словами, хозяйствующий субъект стремится к извлечению максимальной личной прибыли. При взаимодействии множества свободных хозяйственных субъектов их индивидуальными интересами формируются законы экономической жизни.

Поэтому важнейшим предметом исследования маржиналистов становятся не собственно факты хозяйственной жизни, но мнения хозяйствующих субъектов по поводу этих фактов.

Психологизация экономического анализа была характерна в полной мере для австрийской школы, в то время, как в теориях А.Маршалла и Дж.Б.Кларка она менее выражена.

Опираясь на субъективно психологический подход, австрийцы сделали попытку создать последовательную теорию, вскрывающую причинно следственный механизм рыночных отношений.

Теоретики кембриджской и американской школ так же, как и создатели математических концепций экономического равновесия, прежде всего В.Парето, сделали упор на исследовании функциональных взаимосвязей экономических явлений, отказавшись от причинно следственной модели. В конечном счете, в маржиналистской школе в основном утверждается функциональный экономический анализ. Итак, методологии маржинализма были свойственны следующие черты: субъективно психологический и внеисторический подход к экономическому анализу (известная его деидеологизация на основе отрицания значимости классовой, социальной структуры общества для экономических исследований), примат потребления над производством и, в конечном счете функциональный подход к оценке экономических явлений.

Основываясь на этих новых методологических принципах, маржиналисты сформулировали целостную теоретическую систему, которая охватывает все разделы политической экономии.

Дополненная элементами рикардианства и получившая серьезную математическую базу, данная система господствовала в ведущих странах с конца XIX в. до 30-х годов XX в. В отличие от многих школ маржинализм до настоящего времени остается питательной средой и теоретической основой для многих современных экономических концепций. На наш взгляд, это обусловлено методологической ориентацией маржинализма на внеисторический подход к исследованию, дающий возможность выявить ряд закономерностей более общих закономерностей, что выходит за рамки конкретно исторических условий конца XIX начала XX века [4]. При всей внешней декларативности методологический принцип объективизма позволял и позволяет адекватно реагировать на происходящие изменения, отвечает способности общества к изменениям.

Маржиналистам, несмотря на некоторое несовершенство их теоретических построений, удалось повернуть экономическую науку к проблемам потребления и спроса, дать толчок последующим многочисленным исследованиям рынка и ценообразования.

Проблемы редкости, ограниченности ресурсов, психологических мотивов хозяйственного поведения субъектов и многие другие прочно вошли в орбиту теоретических и прикладных исследований в экономике. 2. Австрийская школа Основателем австрийской школы считается К. Менгер (1840 1921г.г.), профессор Венского университета. Он сформулировал главные положения теории предельной полезности на основе описания индивидуальных актов обмена. Ф.Визер развил идеи Менгера, используя принцип предельной полезности для оценки стоимости издержек производства. Самым видным представителем австрийской школы признан Е.Бем-Баверк профессор Венского университета, который дал наиболее полный вариант теории предельной полезности, обогатив ее маржиналистской концепцией процента.

Важнейшую роль в теоретических построениях австрийской школы играет субъективно психологический подход. В противовес марксисткой теории трудовой стоимости австрийцы применили оригинальную теорию стоимости.

Согласной этой концепции, в основании цены товара (блага), лежит не стоимость, определяемая затратами труда, не потребительская стоимость или полезность самого товара (блага). Цена зависит исключительно от субъективных оценок данной полезности, точнее, предельной полезности, которые формируются участниками экономического процесса. Под предельной полезностью здесь понимается субъективная оценка какого либо индивидуума последней единицы наличного запаса определенного потребительского блага. При разработке теории предельной полезности австрийцы использовали уже имевшиеся в научном обороте определения стоимости через полезность вещи (определения потребительской стоимости). В частности, это законы, сформулированные в середине XIX в. Г.Госсеном и опиравшиеся на гедонистическую концепцию.

Госсен утверждал, что по мере удовлетворения данной потребности падает наслаждение от потребления каждой последующей единицы потребляемых благ, а следовательно, и ее полезность [3]. Менгер первым изложил теорию предельной полезности и попытался вскрыть зависимость полезности от редкости предметов потребления.

Обозначив в качестве исходного пункта анализа человеческие потребности, он утверждал, что предельная полезность некоего блага определяется двумя факторами: интенсивностью индивидуальной потребности и редкостью конкретного блага.

Следовательно, чем выше интенсивность потребности, тем выше оценка индивидуумом данного блага и предельная полезность последнего, и наоборот. Объем запаса блага действует в прямо противоположном направлении. Если он увеличивается, то при данной (фиксированной) интенсивности потребности предельная полезность блага уменьшается, и наоборот.

Специально отметим, что, рассматривая влияние предельной полезности на процесс ценообразования, Менгер имел в виду рынок с фиксированной величиной товара. В этих условиях ценность того или иного товара (блага) ставится в зависимость исключительно от спроса, который изменяется в зависимости от предельной полезности этих благ. Это послужило Менгеру основанием для формулирования принципа снижающейся полезности: согласно ему, стоимость однородного блага определяется той наименьшей стоимостью, которой обладает последняя единица запаса. Он полагал, что ценность одинаковых благ определяется стоимостью наименее важной единицы в запасе блага. Если первые единицы блага удовлетворяют жизненно важные потребности индивида (это соответствует сильной степени наслаждения), то последняя единица блага из наличного запаса удовлетворяет наименее важную потребность. Эта предельная единица (полезность) и определяет действительную стоимость предыдущих единиц. Важно отметить, что Менгер создал теорию, раскрывающую проблему отношения между благами (товарами) и людьми, где важную роль играет вопрос о месте конкретного блага (товара) внутри иерархии благ. При этом принцип предельной полезности был разработан применительно к анализу индивидуального потребления в натуральном, изолированном хозяйстве (принцип робинзонады ). Выделив факторы, определяющие предельную полезность, Менгер снимает вопрос о влиянии на нее со стороны цен. Таким образом, его схема действовала в условиях существования совокупности натуральных хозяйств, обменивающихся излишками продукции, и не могла быть теоретической моделью, которая адекватно отражает реалии товарного капиталистического хозяйства.

Поэтому попытка Менгера использовать принцип предельной полезности в исследовании товарного производства оказалась безуспешной [5]. Несколько отличную концепцию ценообразования сформулировал Бем-Баверк. В попытке преодолеть противоречивость позиции Менгера он стал различать субъективную и объективную стоимости.

Субъективная стоимость представляет собой личную оценку товара продавцом и потребителем.

Причем верхняя, максимальная граница изменений рыночной цены какого либо товара зависит от субъективной оценки его полезности покупателем.

Перейти за установленный предел она не может, т.к. покупатель тем самым подорвет свое благосостояние, что противоречит принципу рационального поведения хозяйствующего субъекта.

Нижняя минимальная граница цены определяется через субъективную оценку полезности данного товара его продавцом. В соответствии с принципом рационального поведения субъекта она также не может перейти своей границы. Тем самым рыночная цена товара будет колебаться в пределах максимальной и минимальной цен и в результате установится в ходе столкновения и примирения интересов обоих сторон.

Следует отметить, что модель Бем-Баверка вполне применима к покупателю, который в реальных условиях действительно руководствуется рациональными соображениями.

Однако она не работает по отношению к продавцу, находящемуся в реальных условиях развитого товарного хозяйства.

Продавец, собственник товара и производитель его, может руководствоваться при определении цены принципом предельной полезности, сбывая на рынке лишь излишки товара.

Следовательно, продавец должен вести натуральное хозяйство.

Объективная ценность, по Бем-Баверку это меновые пропорции, цены, которые формируются в ходе конкуренции на рынке.

Введение данной категории поставило перед необходимостью объяснения механизма измерения, соизмерения цен в денежном выражении.

Поэтому Бем-Баверком вводится понятие предельной полезности денег, которое соизмеряется с суммой предельной полезности товаров, которые индивидуум может приобрести на последнюю единицу своего денежного дохода.

Логический переход австрийцев к анализу денежной формы обмена внес дополнительные противоречия. По существу, рассуждения австрийцев приводили к заключению: предельные полезности, объясняющие цены, сами зависят от последних. В большей степени это касается предельной полезности самих денег; ведь количество благ, купленных на одну денежную единицу, явно определяется их ценами.

Главным недостатком теоретических построений австрийской школы при определении ценности было полное абстрагирование от производства, одного из решающих факторов образования стоимости, и от труда основного его источника. Итак, австрийская школа не смогла создать абстрактную модель ценообразования, которая адекватно отражала бы реальные условия развитого товарного хозяйства.

Вместе с тем нельзя не отметить, что проблемы взаимодействия спроса и предложения в процессе ценообразования, взаимосвязи потребительской стоимости (полезности) и стоимости.

Соотношения платежеспособного спроса и цен, которые были поставлены австрийцами, прочно вошли в сферу экономических исследований.

Игнорируя при разработке теории предельной полезности анализ процесса производства и труда, представители австрийской школы вынуждены были все-таки исследовать издержки производства, которые учитываются каждым предпринимателем в реальной жизни.

Поэтому возникла теория производительных благ; в основном она представлена работами Ф.Визера. в них предпринята попытка психологизировать издержки производства, объясняя их с позиций своеобразной полезности. Визер утверждал, что все блага можно разделить на потребительские, т.е. удовлетворяющие личные потребности, и на производственные, к каковым он относил средства производства и труд.

Индивидуумы не способны оценить полезность далеких от них факторов производства, следовательно, их цены определяются не прямо, а опосредованно, через предельные полезности потребительских благ (товаров). Это, очевидно, соответствовало маржиналистскому принципу примата потребления над производством.

Исходя из этого, получалось, что не издержки производства придавали ценность продуктам, а, наоборот издержки производства приобретали ценность от своих продуктов, подобно тому, как луна светит отраженным светом солнца; так образно иллюстрировал свой тезис Бем-Баверк.

Выделив наименьшую предельную полезность из суммы потребительских благ, которые созданы определенным производственным благом, Визер назвал ее предельным продуктом.

Используя данное понятие, Визер сформулировал закон: предельная полезность предельного продукта обуславливает цену производительного блага, которое пошло на его изготовление, и соответствующую часть издержек производства, которые определяют предельные полезности других, непредельных потребительских продуктов, произведенных из указанного блага (закон Визера). Таким образом, если ранее австрийцы определяли цену блага (товара) через субъективные (плюс объективные, по Бем-Баверку) оценки его полезности, то теперь для этой весьма непростой операции потребовалось применение абстракции второго порядка предельная полезность предельного потребительского блага. На самом деле в создании предметов потребления участвуют совокупность производительных благ.

Австрийцы оказались перед необходимостью разрешить довольно трудный вопрос: какая часть ценности предметов потребления должна быть отнесена (или вменена) на счет того или иного производительного блага? По этому вопросу не сложилось единого мнения: представителями австрийской школы были созданы различные варианты теории вменения. На этой основе и решалась проблема распределения (вменения) стоимости созданного продукта между трудом и капиталом. При этом была использована концепция Ж.-Б.Сэя о трех факторах производства (земля, труд и капитал) в сочетании с теорией предельной полезности.

Австрийцы пришли к выводу, что ресурсы участвуют в создании стоимости, а каждому производительному благу (фактору) вменяется свой специфический доход. Таким образом, они обошли вопрос об отношениях эксплуатации и присвоении прибавочной стоимости [4]. Однако необходимо было дать ответ на вопрос о природе прибыли. Честь создания субъективно психологической концепции прибыли принадлежит Бем-Баверку. В работе Капитал и прибыль он противопоставил свою теорию процента марксовой теории прибавочной стоимости. Бем-Баверк выдвинул идею, что для субъекта с рациональным поведением, каковым является и собственник денежного капитала, определенное благо имеет большую ценность в настоящем, нежели в будущем.

Причина в том, что индивидуум предполагает возрастание в перспективе запаса данного блага, и следовательно, уменьшение предельной полезности этого блага в будущем по сравнению с настоящим. Тем самым происхождение процента связывается Бем-Баверком с влиянием фактора времени.

Процент выступает как результат ожидания капиталиста, хотя ни время, ни ожидание не могут сами по себе быть источником стоимости.

Согласно логике Бем-Баверка, труд является благом будущего , т.к. он создает продукт по истечении определенного времени.

Следовательно, рабочий предстает владельцем будущего блага , а предприниматель, нанявший рабочего, дает ему настоящее благо в форме заработной платы. Таков процесс обмена благами между рабочим и предпринимателем. Блага, созданные трудом настоящим, по стоимости превысят размер выплаченного вознаграждения за труд. Это превышение составит процент или прибыль.

Добровольный характер обмена отражает равноценность и справедливость отношений работодателя и рабочего.

Впрочем, Бем-Баверк не смог дать четкого ответа на вопрос, кто должен определять разницу в стоимости настоящих благ и благ будущих.

Необходимо было найти сколь-нибудь объективный фактор оценку, поскольку для этой роли не годились субъективные оценки ни рабочего, ни предпринимателя.

Поэтому Бем-Баверк включает в концепцию процента идею о косвенных методах ведения производства, подразумевая под ними удлинение периода производства (производственного цикла) на основе использования капиталоемких процессов.

Данное удлинение обосновано известным количеством звеньев производства промежуточного характера, что имеет место до момента создания блага. Если, например, Робинзон Крузо, рассуждает Бем-Баверк, использует часть времени на изготовление орудий труда в ущерб сбору необходимых продуктов питания, то его запас потребительских благ уменьшится.

Однако в будущем орудия труда позволят Робинзону значительно увеличить запас благ по сравнению с настоящим.

Перенеся пример Робинзона на современное общество, Бем-Баверк выдвинул положение, что источником процента (прибыли) является удлинение периодов производства отдельных благ в результате развития косвенных методов производства. Здесь ученый подошел к реальным вопросам процесса роста капиталоемкости и специализации. Но это не проясняло в целом проблему природы прибыли, а скорее затуманивало ее, ведь в экономической жизни именно сокращение производственного цикла, а не удлинение, служит положительным показателем динамики производства.

Однако сама постановка вопроса о роли фактора времени в развитии экономики явилась достижением австрийской школы, которое получило развитие в теории А.Маршалла.

Помимо этого, идеи Бем-Баверк дали толчок к разработке различных вариантов теории ожиданий и лаговых концепций [4]. Идеи австрийской школы получили широкое распространение. Но их очевидное расхождение с действительностью, явные логические противоречия теории предельной полезности предопределили рост влияния английской и американской школ маржинализма.

Следует отметить, что, несмотря на это, в настоящее время существуют достаточно последовательные сторонники и австрийской школы. 3. Учение Карла Менгера 3.1. Субъективизм австрийской школы: концепция деятельности как множества субъективных этапов, субъективная теория ценности и закон предельной полезности. Еще в молодости Менгер понял, что сформулированная Адамом Смитом и его англосаксонскими последователями классическая теория образования цен не очень убедительна.

Личные наблюдения Менгера за функционированием фондового рынка (одно время он был биржевым корреспондентом Wiener Zeitung ), а также собственные исследования привели к тому, что в возрасте 31 года в состоянии болезненного возбуждения (по выражению Хайека) он написал книгу, официально давшую жизнь австрийской школе экономической теории. Автор стремился утвердить новые основания, на которых, по его глубокому убеждению, необходимо было перестроить все здание экономической науки.

Предложенные им принципы предусматривали, что развитие экономической науки будет опираться на человека как творческое начало и главное действующее лицо всех социальных процессов и событий (субъективизм), а также, впервые в истории экономической мысли, с позиций субъективизма была сформулирована целостная теория стихийного возникновения и эволюции всех общественных (экономических, правовых и языковых) институтов, понимаемых как утвердившиеся модели поведения. Все эти идеи содержатся в опубликованной Менгером в 1871 г. книге Основания политической экономии , которой суждено было стать одной из наиболее влия тельных работ в истории экономической мысли.[1] Самым оригинальным и плодотворным в замысле Менгера оказалось намерение сделать человека, рассматриваемого как творческое начало и главное действующее лицо всех социальных процессов, основой всего здания экономической науки. Для Менгера принципиально важен отказ от бесплодного объективизма английской классической школы и ее одержимости мнимым существованием объективных, внешних сущностей (социальных классов, агрегированных показателей, материальных факторов производства и пр.). Он утверждает, что ученые-экономисты всегда должны исходить из субъективной перспективы действующего человека, так чтобы эта перспектива оказывала решающее влияние на формулирование всех экономических теорий.

Пожалуй, одним из наиболее типичных и оригинальных проявлений этой новой субъективистской тенденции, заложенной Менгером, была его теория экономических благ разных порядков . Для Менгера экономические блага первого порядка это потребительские блага, т.е. такие, которые субъективно и непосредственно удовлетворяют человеческие потребности и в силу этого в особом, субъективном контексте каждого действия образуют конечную цель, к достижению которой стремится действующий субъект. Для достижения этих целей, т.е. для получения потребительских благ, или экономических благ первого порядка, сначала нужно пройти ряд промежуточных этапов, которые Менгер именует экономическими благами более высокого порядка (второго, третьего, четвертого и т.д.), отличающихся тем, что чем больше порядковый номер каждого этапа, тем дальше этот этап от конечного потребительского блага. [2] Эта плодотворная идея Менгера логически вытекает из его субъективистской концепции, согласно которой каждый человек пытается достичь цели, с которой связывает какую-либо субъективную ценность, так что, ориентируясь на эту цель и подстегиваемый ее субъективной ценностью, он составляет и приводит в исполнение план действий, включа ющий последовательность этапов, которые он считает необходимыми для достижения цели. Более того, эти этапы обретают субъективную полезность, зависящую от ценности той цели, которую действующее лицо предполагает достичь благодаря использованию экономических благ высшего порядка. Иными словами, субъективная полезность средств, или экономических благ высокого порядка, в конечном счете определяется субъективной ценностью цели, или конечного потребительского блага, достижение которого обеспечива ют эти средства. Вот так, благодаря усилиям Менгера, впервые в истории экономической мысли, теория встала на точ ку зрения действующего субъекта и стала вращаться вокруг процесса деятельности, состоящего из ряда промежуточных этапов, которые действующий субъект начинает, разрабаты вает и пытается завершить, процесса, ведущего к достижению избранной им цели, или конечного потребительского блага (экономического блага первого порядка).[1] Действуя, каждый человек пытается достичь определенных целей, которые, как он обнаружил, по какой-то причине для него важны.

Термин ценность относится к субъективной оценке выбранной цели, а психическая интенсивность этих оценок крайне изменчива.

Термин средства относится ко всему, что, по субъективному мнению действующего агента, может помочь ему в достижении цели.

Полезность относится к субъективной оценке, присваиваемой действующим агентом средствам, и зависит от ценности той цели, дости жению которой они, по мнению действующего лица, способны помочь. В этом смысле ценность и полезность две стороны одной медали, потому что субъективная ценность, присваиваемая действующим субъектом избранной цели, проецируется на средства, которые он считает полезными для ее достижения, именно через концепцию полезности. Самым оригинальным и существенным вкладом Менгера в экономическую науку было не открытие закона предельной полезности, сделанное им хоть и независимо, но параллельно с Джевонсом и Вальрасом, а его субъек тивистская концепция всех процессов, связанных с человеческой деятельности.

Субъективная теория ценности и закон предельной полезности просто очевидные следствия вышеизложенной субъективной концепции процесса деятельности, которой мы обязаны исключительно Менгеру.

Фактически, проходя через последовательность этапов, действующий субъект оценивает средства в связи с целями, для достижения которых, по его мнению, они будут полезны, причем эта оценка по природе своей не абсолютна, но различна для разных взаимозаменяемых единиц средств, важных в контексте конкретного действия.

Поэтому действующий субъект оценивает каждую из взаимозаменяемых единиц средств с точки зрения места, которое последняя из таких единиц занимает на его шкале ценностей, так что, если действующий субъект утратит ил и приобретет единицу средств, соответствующая потеря или прибавка полезности будет определяться положением, занимаемым на его личной шкале ценностей той целью, которая может быть достигнута или утрачена с помощью этой последней единицы. Таким образом, с точки зрения австрийской школы, закон предельной полезности не имеет никакого отноше ния ни к физиологическому удовлетворению потребностей, ни к психологии, а является строго праксиологическим законом (по терминологии Мизера), т.е. принадлежит к логике любой человеческой, предпринимательской и творческой деятельности. Таким образом, важно проводить различие между теорией предельной полезности, разработанной Менгером, и законами предельной полезности, которые были параллельно сформулированы Джевонсом и Вальрасом. Для Джевонса и Вальраса предельная полезность была простым добавлением к математической модели равновесия (частичного в случае Джевонса и общего у Вальраса), в которой процесс человеческой деятельности явно отсутствует, а включение или исключение закона предельной полезности ничего не меняет.

Напротив, для Менгера теория предельной полезности это онтологическая необходимость и важнейшее следствие его собственной концепции человеческой деятельности как динамического процесса. Более того, неудивительно, что главный основатель нео классической чикагской школы Фрэнк Найт называл теорию Менгера об экономических благах первого и более вы соких порядков наименее значительным из его достижений. Этим утверждением Найт обнаруживает теоретическую неадекватность всей неоклассической парадигмы равновесия и, в частности, своей чикагской школы, для которой процесс производства имеет объективный и мгновенный характер, время играет роль не более чем параметра, а творчество и неопределенность, типичные для всякой предпринимательской деятельности, истреблены применением рикардианского равновесия, являющегося фокальной точкой исследования. 3.2. Шкала полезности Карла Менгера Австрийская школа предельной полезности дала объяснение стоимости (ценности) и цены благ и услуг с позиции экономической психологии покупателя, потребителя полезных вещей.

Основные положения их теории таковы.

Первое положение.

Австрийские ученые считали, что полезность нельзя отождествлять с объективными свойствами товаров. Они считали полезность той индивидуальной субъективной оценкой, которую дает покупатель роли определенного блага в удовлетворении его личных потребностей.

Ценность блага также сводилась к пониманию человеком значения потребляемой вещи для его жизни и благосостояния. К.Менгер категорически утверждал, что 'ценность не есть нечто присущее благам... Ценность - это суждение, которое хозяйствующие люди имеют о значении находящихся в их распоряжении благ для поддержания их жизни и благосостояния, и потому вне их сознания она не существует'.[6] В этом утверждении содержится определенная доля истины. Мы знаем из обыденной жизни, что люди даже в одной семье сильно расходятся во взглядах на значение одной и той же вещи для удовлетворения их потребностей. Они придают тому или другому благу разную ценность для их жизни и благосостояния. Ведь не случайно сложились поговорки: 'О вкусах не спорят', 'На вкус и цвет товарища нет'. Второе положение.

Полезные блага подразделяются на два вида: а) имеющиеся в безграничном количестве (вода, воздух и т.п.). Эти вещи люди не считают полезными для себя, поскольку они имеются в таком избытке, который не нужен для удовлетворения человеческих потребностей; б) являющиеся относительно редкими и недостаточными для насыщения сложившихся потребностей в них.

Именно этим благам хозяйствующие лица приписывают ценность. К.Менгер со своих позиций попытался разрешить давно возникший парадокс: самые полезные для человеческой жизни блага далеко не всегда оказываются самыми ценными. О том, насколько его взгляды по этому поводу отличаются от А.Смита, можно видеть из приведенного ниже сопоставления.

Взгляды К.Менгера и А.Смита на полезность и ценность (стоимость) благ Положения К.Менгера Ответ на вопрос, почему, например, фунт воды для питья не имеет для нас никакой ценности при обыкновенных условиях, тогда как весьма малая частица фунта золота ила бриллиантов имеет всеща весьма высокую ценность, вытекает из следующего его рассуждения. 'Бриллианты и золото стодь редки, что все доступные распоряжению людей количества первых могли бы поместиться в ящике, а все доступное распоряжению людей количество второго - в одной большой комнате... Наоборот, вода для питья имеется на Земле в столь большом количестве, что едва ли можно себе представить резервуар, который вместил бы всю ее'. Положения А.Смита 'Предметы, обладающие весьма большой потребительной стоимостью, часто имеют совсем небольшую меновую стоимость или даже совсем ее не имеют; напротив, предметы, имеющие очень большую меновую стоимость, часто имеют совсем небольшую потребительную стоимость или совсем ее не имеют. Нет ничего полезнее воды, но на нее почти ничего нельзя купить... Напротив, алмаз почти не имеет никакой потребительной стоимости, но часто в обмен на него можно подучить очень большое количество других товаров'.[6] Хотя К.Менгер и А.Смит приводят по существу близкие доводы, их положения принципиально различаются. В первом случае неодинаковые величины ценности воды и бриллиантов, золота объясняются разной степенью их редкости. А во втором случае подобное же неравенство меновой стоимости воды и алмазов - несовпадением величины затрат труда на их получение.

Вместе с тем сравнительная редкость благ должна приниматься в расчет на практике при установлении цен.

Именно так это происходит, например, при ценообразовании на продукцию земледелия, где имеется сравнительно мало хороших по качеству земельных участков. Еще в большей мере уникальность некоторых благ оказывает воздействие на цены, когда на аукционах продаются раритеты.

Третье положение.

Человек располагает свои потребности в порядке понижения степени их важности и пытается удовлетворить их имеющимся в его распоряжении количеством благ. При этом ценность каждого блага будет зависеть, во-первых, от важности удовлетворения потребности, а во-вторых, от степени ее насыщения. В таком случае можно распределить потребности по определенным родам, характеризующим их значение для обеспечения жизни. В составе каждого рода потребностей выделяются ступени насыщения человеческих запросов. Так, допустим, удовлетворение потребности в пище на высшем уровне имеет полное значение для сохранения жизни человека.

Дальнейшее потребление имеет значение для сохранения здоровья.

Наконец, последующее принятие пищи совершается ради удовольствия, которое обычно постепенно понижается. Оно достигает известной границы, когда потребности в пище удовлетворены настолько полно, что пропадает удовольствие, а непрекращающееся питание превращается уже в мучение и может угрожать здоровью и даже жизни.

Потребности разного рода и степени их насыщения имеют разное значение для обеспечения жизни и благосостояния человека. Их расположение по мере убывания такого значения показано в шкале Менгера (таб.1.). В ней представлен механизм образования родовой и конкретной полезности благ (римские цифры - родовые, а арабские цифры - конкретные потребности). Таблица 1. Шкала Менгера. I II III IV V VI VII VIII IX X 10 9 8 7 6 5 4 3 2 1 9 8 7 6 5 4 3 2 1 0 8 7 6 5 4 3 2 1 0 7 6 5 4 3 2 1 0 6 5 4 3 2 1 0 5 4 3 2 1 0 4 3 2 1 0 3 2 1 0 2 1 0 1 0 1 0 Шкала Менгера построена по принципу убывающей полезности. Она помогает понять, почему блага меньшей родовой полезности могут обладать большей ценностью: это определяется местом каждого блага в шкале потребностей и степенью насыщения 'потребности в нем.

Четвертое положение. В процессе личного потребления действует закон убывающей полезности.

Немецкий экономист Герман Госсен (1810-1858 гг.) сформулировал этот закон так: степень удовлетворения одним и тем же продуктом, если мы непрерывно продолжаем им пользоваться, постепенно уменьшается, так что наконец наступает насыщение.

Каждый человек наверняка испытывал на себе действие закона убывающей полезности.

Известно, что проголодавшийся человек с большим аппетитом съедает первый ломоть хлеба. Затем с каждым новым куском утрачивается полезность хлеба до тех пор, пока пропадает желание есть этот продукт. Все съеденное количество хлеба образует величину насыщения.

Основатели австрийской школы политической экономии стремились придать закону убывающей полезности всеобщее значение. Ф.Визер заявлял, что этот закон 'распространяется на все процессы - от голода до любви'. Пятое положение.

Ценность благ определяет предельная полезность, то есть субъективная полезность 'предельного экземпляра', удовлетворяющего наименее настоятельную потребность в продукте данного рода.

Предельная полезность может возникать на разных уровнях потребления благ. В таких случаях она означает величину ощущаемой человеком добавочной полезности, которая получена от прироста потребления новой единицы какого-то продукта (например, одной порции мороженого). Если предельная полезность достигает 'точки насыщения', то человек перестает ощущать пользу от потребляемой вещи. Когда же этот рубеж преодолевается, то нормальный продукт воспринимается как 'антиблаго', а полезность превращается во 'вредность'. Такое состояние пресыщения известно многим людям, подрывавшим излишествами свое самочувствие и здоровье.

Предельная полезность, а следовательно, и ценность блага, зависит от 'запаса' (наличного количества) данного продукта и потребности в нем. Если при неизменной величине потребности увеличивается 'запас', то предельная полезность вещи снижается. Когда 'запас' уменьшается, то предельная полезность и ценность возрастают. Все это сказывается на величине рыночной цены продукта, которая прямо зависит от его предельной полезности.

Похоже, что рыночная практика подтверждает данную зависимость. Так, в условиях относительной недостаточности какого-то продукта (уменьшения его 'запаса') цена устанавливается на более высоком уровне, что по существу оправдывает покупку 'предельного продукта'. Итак, основные положения теории предельной полезности отражают экономические связи, которые можно представить в формуле: 'потребитель - потребность - полезность блага - его ценность - цена'. Так можно оценивать товар и рыночные отношения со стороны покупателя, потребителя. 3.3. Экономическая теория социальных институтов Для своего времени Основания политической экономии Менгера были передовой книгой: в ней ученый не только указал на существенную для реальной экономики и неотделимую от человеческой деятельности роль концепций времени, неведения, предпринимательского знания и ошибки, комплементарных благ, постепенно соединяющихся в ходе рыночного процесса, а также непрерывного неравновесия и изменений, характерных для любого реального рынка, но также включил новую теорию происхождения и эволю ции социальных институтов, которая позднее была развита и доведена до конечных логических выводов Хайеком.

Вторым важнейшим вкладом Менгера было предложенное им теоретическое объяснение стихийного, эволюционного возникновения социальных институтов, исходящее из субъ ективной концепции человеческой деятельности и взаимодействия людей.

Далеко не случайно Менгер посвятил Основания политической экономии Вильгельму Рошеру, одному из крупнейших немецких историков. Дело в том, что в теоретических спорах между сторонниками концепции эволюционного, исторического и стихийного развития институтов (позиция, представленная Савиньи в области права, Монтескье, Юмом и Берком в области философии и политической науки) и сторонниками узкорационалистической картезианской концепции (представленной Тибо в области права, Бентамом и английскими утилитаристами в области политической экономии) Менгер, по его мнению, снабдил первых необходимым и надежным теоретическим фундаментом.[1] Субъективистская концепция Менгера объясняет стихийное, эволюционное возникновение ряда моделей поведения (институтов) в сфере права, экономики и языка, которые делают возможной жизнь в обществе, через идею эволюционного процесса, в котором действует бессчетное множество людей, каждый из которых оснащен собственным небольшим эксклюзивным запасом субъективного знания, практического опыта, желаний, мнений и чувств.

Менгер выяснил, что институты возникают в ходе социального процесса, состоящего из множества человеческих действий и направляемого особыми людьми из плоти и крови, которые, в конкретных обстоятельствах места и времени, раньше других открывают, что определенные формы поведения облегчают им достиже ние целей. Тем самым они запускают децентрализованный процесс проб и ошибок, в котором начинает преобладать поведение, лучше других устраняющее несогласованность, и в ходе такого неосознаваемого процесса обучения и подражания пример, поданный наиболее творческими и успешными людьми, получает распространение, и ему следуют остальные члены общества. Хотя Менгер развивает свою теорию в применении к конкретному экономическому институту, к возникновению и эволюции денег, он отмечает, что, по существу, ту же теоретическую схему можно без особых проблем применить к возникновению и эволюции правовых институтов и языка.

Человек не мог бы обдуманно создать эти институты, потому что не обладает необходимыми интеллектуальными способностями для того, чтобы собрать и усвоить заключенный в них гигантский объем рассеянной динамической информации. Нет, они постепенно стихийным и эволюционным образом возникли из социального процесса взаимодействия людей.

Поэтому Менгер, а вслед за ним и остальные австрийцы убеждены, что именно эта область должна быть главным предметом экономических исследований.

Заключение В заключении хотелось бы перечислить те фундаментальные идеи, которые вошли в основу современной экономической науки благодаря Основам политической экономии Карла Менгера. Во-первых, это, конечно же, предельный анализ или маржинализм.

Вторая базовая идея - влияние полезности на формировании спроса и рыночной цены.

Третья - принцип альтернативных издержек или 'издержек упущенных возможностей', вошедший ныне почти во все учебники по экономике.

Четвертая идея, впервые провозглашенная в Основаниях - идея временной структуры предпочтений, определяющих потребление, производство и ставку процента.

Следует отметить, что перечисленными концептуальными идеями вклад Основаниях не ограничивается.

Последовательное использование Менгером умопостигаемого поведения отдельных людей как строительных элементов моделей сложных рыночных структур является сущностью метода, который позднее стал известен как методологический индивидуализм[5]. Другой методологический принцип, получивший развитие относительно недавно и восходящий к Основаниям Менгера носит название методологического субъективизма - Менгер в своей работе неоднократно подчеркивает, что действия людей не могут быть поняты без учета общего состояния, общего багажа знаний, верований и ожиданий людей. Все эти идеи хотя и ассоциируются сегодня с австрийской школой экономики в целом, но впервые они были провозглашены именно в Основаниях Менгера. И, более того, эти идеи сегодня представлены фактически во всех направлениях экономической мысли.

Список литературы 1. Де Сото Хесус Уэрта, , Австрийская экономическая школа: рынок и предпринимательское творчество.Челябинск: Социум, 2007 2. Автономов В.С. История экономических учений. М.: ИНФРЛ-М, 2000 (в соавторстве) 3. Экономическая теория (политэкономия): Учебник. Под общей редакцией академика В.И.Видяпина, академика Г.П.Журавлевой. М.: ИНФРА -М, 1999. 4. Современные экономические теории Запада. Под общей редакцией А.Н.Марковой М.: Финстатинформ, 2001. 5. Экономика. П.Э.Самуэльсон, В.Д.Нордхаус.